Богатый, да скупой - бедный, да щедрый

  

     Прежде жили когда-то два брата.
     Один богато жил. Тупа - изба бревенчатая с плоской крышей - у него просторная, в камельке всегда огонь горит, олени стадами бродят.
     А у другого всё не так. Не уследил он как-то раз за своим камельком, угли в нём потухли. Сколько ни дул, берёсты ни подкладывал, не добыл больше огня. "Пойду, - думает, - к брату. Неужто он углей пожалеет?" Взял глиняный горшочек и пошёл к богатому брату, а тот суп ест, мясо на дощечку выложил, ножичком отрезает, в рот кладет. Кости обглоданные собакам бросает. Стоит бедный брат у порога, дальше пройти боится. А богатый ест себе, будто бедного брата и не видит. Только когда поел, спрашивает:
     - Что тебе, рвань, надо?
     - Мне бы угольков горшочек, - отвечает бедный, - камелёк разжечь, холодно в тупе.
     - Ишь чего захотел, - брат ему отвечает. - Мои угольки мне и самому нужны. Пошёл прочь!
     Идёт бедный брат и думает: "Видно, правду говорят про скупых, что у них углей из печки не достанешь. Это и про моего брата сказано. делать нечего, надо у чужих угольков искать, без углей возвращаться нельзя".
     И пошёл саам куда глаза глядят. долго шёл по лесным горушкам - варакам да по болотам, приустал. Сел отдохнуть на поваленное дерево, достал кусочек сушёной рыбы, чтобы подкрепиться. Вдруг видит: перед ним чахкли стоит, маленький такой, одежды на нём нет. Просит:
     - Дай мне, саам, рыбки кусочек.
     Посмотрел саам на свою рыбу. Такой у него кусочек маленький, только чахкли и можно накормить. Отдал всё.
     А чахкли спрашивает:
     - Что это ты такой грустный?
     Рассказал бедный брат, как у богатого углей не выпросил.
     - Как брата зовут? - чахкли спрашивает.
     - Не скажу я тебе его имени, - говорит бедный, - стыдно мне за него, брат он мой.
     - Ладно, - говорит чахкли, - не говори, он сам ко мне придёт. Дай-ка мне горшочек.
     Взял чахкли горшочек, и в расщелине меж камней исчез, и вынес оттуда его, полный углей.
     - В руках неси, - говорит чахкли бедному брату, - до самого дома. Горячо будет - терпи.
     Поблагодарил младший брат чахкли. Накрыл горшок шапкой, чтобы угли не остыли, и скорее домой побежал. Чем ближе к дому, горшочек всё теплее становится. Горячо сааму держать его, но терпит. Только через порог своей тупы ступил - споткнулся. Горшочек из рук выпустил, тот и разбился на много кусков. Чуть не заплакал бедный саам. Бросился угли голыми руками подбирать, а они совсем не горячие.
     Смотрит, а это не угли вовсе, а кусочки золота. А черепки от горшка в серебряные слитки превратились.
     Богатым стал бедный брат. Тупу новую поставил, оленей много купил.
     Каждый день у него огонь в камельке горит, суп с мясом в котле варится.
     Прослышал богатый брат, что бедный разбогател, спать перестал. Всё думает, как у брата узнать, откуда добро взялось. да только стыдно, что брата прогнал, угольков пожалел.
     Недолго мучился богатый, жадность своё взяла. Пошёл он к брату в гости.
     А тот зла не помнит. На почётное место усаживает брата, угощает. Богатый стал расспрашивать, откуда столько добра у бедного взялось. Рассказал ему брат, как чахкли встретил, рыбу ему отдал. И как горшочек с углями до дому донёс. И что потом вышло.
     Вернулся богатый домой. Не спит, не ест. Только и думает, как бы того чахкли найти. Взял горшочек побольше, а рыбу сушёную положил в него поменьше. Бежит по тропинке, по которой брат шёл. И на судьбу свою плачется. добежал до поваленного дерева, чахкли зовёт.
     Вышел из расщелины чахкли, саам ему рыбу сует.
     - Скорее, - говорит, - мне углей давай, да поплотнее их в горшочек укладывай.
     Усмехнулся чахкли.
     - Пусть, - говорит, - будет, как ты просишь.
     Вынес он богатому углей горшочек. Схватил тот горшок, даже спасибо не сказал.
     Тяжёлый горшок и руки печёт. Бежит богатый брат, ног под собой не чует.
     Только бы донести поскорей - об одном думает.
     Прибежал домой, порог переступил, бросил горшочек на пол, тот разбился на много кусков. Угли по всей тупе рассыпались. Ждет богач, когда они в золото превращаться будут. А угли лежат себе. Вот уже пол в тупе заниматься огнем начал. Сидит богач, шевельнуться боится. Стены гореть начали. С четырёх сторон уже тупа горит. Насилу его из огня вытащили.
     Всё сгорело: и тупа, и амбары. Олени огня испугались, разбежались по тундре.
     Сидит богатый брат и плачет. Никого теперь беднее его нет. Куда идти? делать нечего, побрёл богатый брат с женой и детьми к брату, которому горшочка углей пожалел. А идти тяжело: вдруг разбогатевший братец его прогонит?
     Да не так вышло.
     Ничего у него брат спрашивать не стал. Накормил всех, напоил и спать уложил. день живёт с семьей, второй, третий, а всё не может рассказать, что с ним приключилось. Стыдно ему. А брат уже и сам всё знает. У дурных вестей ноги длинные, быстро по свету несут. Беда с каждым случиться может. И предложил брату-гостю брат-хозяин:
     - Живи у меня, всем места хватит. Работать будем - проживём. Так и стали вместе жить. Ребят хороших вырастили. Одинаково работали, и пили, и ели равно.
     Скорее всего, они и по сей день живут.

     {Из книги: Семилетний стрелок из лука: Саамские сказки / Обраб. для детей Е. Я. Пация. Мурманск: Кн. изд-во, 1990. - 112 с.; сс. 10-14.}

Tags:

2012 © Copyright information метр

Реклама

 

Права на тексты принадлежат авторам и переводчикам ( © ). Башкирский центр перевода художественной литературы.

Вход в систему

Счетчик

free counters

Яндекс.Метрика